«У врачей уже руки огрубели» Россиянок хотят лишить безопасных абортов. Что не так с операциями, которые проводят по ОМС?

Число абортов в России снижается ежегодно — и это притом что в российскую статистику входят не только искусственные прерывания беременности, но и самопроизвольные выкидыши. По итогам 2022 года абортов стало примерно на четыре процента меньше, чем годом ранее, следует из отчета Минздрава. Причем большая часть абортов приходится на государственные клиники. Именно в них, как правило, делают процедуры по медицинским показаниям — например, когда есть врожденные пороки плода, риск невынашивания или угроза жизни матери.

В коммерческом секторе в 2022 году была выполнена одна пятая часть всех абортов в России. Именно в частные клиники обычно обращаются на ранних сроках, чтобы прервать беременность медикаментозно. Для этого используются два препарата — мифепристон и мизопростол. После приема первого происходит отслоение содержимого полости матки — плодного яйца. Второй препарат принимается через двое суток и способствует расширению цервикального канала шейки матки. В результате происходит эвакуация плодного яйца без стимуляции схваток как таковых.

По данным Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), медикаментозный аборт является безопасной и эффективной процедурой, которая позволяет прервать беременность на ранних сроках. Гинекологи отмечают, что, в отличие от инвазивных методов, при медикаментозном аборте риски осложнений сводятся к минимуму. По словам акушера-гинеколога, эксперта ВОЗ Любови Ерофеевой, медикаментозный аборт в разы безопаснее, однако сейчас не все государственные учреждения находятся «на острие современности», некоторые пользуются «рутинными способами». Несмотря на то что медикаментозный аборт наряду с хирургическим входит в программу обязательного медицинского страхования (ОМС), во многих государственных клиниках женщинам, решившим прервать беременность на раннем сроке, предлагают подождать несколько недель и сделать вакуум-аспирацию, увеличивая тем самым риск осложнений.

Это известная ситуация, я знаю об этом, в частности, по докладам региональных специалистов на разных конгрессах — они признают, что не практикуют медикаментозные аборты. Это, видимо, технически им неудобно

Фото: love4aya / Shutterstock / Fotodom

О том, что пациенткам на ранних сроках беременности приходится обращаться за медикаментозным абортом в платные клиники по причине отсутствия процедуры в бюджетных учреждениях, рассказала и акушер-гинеколог высшей категории, главный врач «Московской Академической Клиники ЭКО» Нино Какучая.

«В малом проценте случаев делают медикаментозно, — отметила она. — При этом в ОМС процедура входит. В нашей клинике мы не занимаемся конкретно абортами, но делаем прерывания по показаниям — когда это замершая [беременность] или, допустим, врожденные пороки. Пациенты к нам обращаются только потому, что в государственных клиниках им, во-первых, предлагают долго ждать — и, соответственно, срок растет, нервы на пределе. Во-вторых, им предлагают инструментальный метод, говоря, что медикаментозно они не делают. Это слова пациентов».

По наблюдению главврача «Московской Академической Клиники ЭКО», ситуация с отказами в проведении медикаментозных абортов больше касается регионов. Московские клиники, по ее словам, в основном в процедуре не отказывают. Гинеколог Ерофеева, в свою очередь, отметила, что есть регионы (например, Сибирь), где главные акушеры-гинекологи «умудряются настоять», чтобы значительная часть клиник занималась медикаментозным прерыванием. «Если же нет активной позиции у главного специалиста — женщины страдают», — констатировала она.

Жительница Самарской области Оксана (имя изменено) делала аборт дважды. Оба раза — по ОМС, и оба раза это была вакуум-аспирация. Как россиянка рассказала «Ленте.ру», первый раз она узнала о незапланированной беременности на четвертой неделе. На тот момент у нее уже было двое детей, и она понимала, что не потянет третьего. «Я тогда сбрасывала вес, заметила, что он не уходит никуда, несмотря на все мои усилия, — вспоминает Оксана. — Буквально на следующий день началась задержка, и я сразу побежала к врачу. Врач подтвердил, что я беременна, и я начала записываться на аборт».

По действующему законодательству, аборт по желанию можно сделать до 12-й недели. До седьмой недели (шесть включительно) возможно проведение аборта неинвазивным способом (а по рекомендациям ВОЗ — и до 12-й недели). При этом по закону «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» на сроке с четвертой по седьмую неделю прерывание беременности возможно не ранее 48 часов с момента обращения. На сдачу анализов и обследования у Оксаны ушло полторы недели. Таким образом, она успевала на медикаментозный аборт, но вместо него ей провели вакуум-аспирацию — на седьмой неделе. Абортировали двойню.

Фото: Guido Mieth / Getty Images

«Первый раз я пришла в стационар 8 марта — врачи не работали, — рассказывает Оксана. — Дежурный врач нормально со мной поговорила, а потом я пошла в женскую консультацию. Там уже мне начали говорить: «Может, оставишь? У тебя уже есть двое детей, третьего можно завести». Везде были развешаны плакаты о том, как тебе будет плохо, если сделаешь аборт, и как хорошо, когда у женщины десять детей. Я была в шоке».

Оксана признается, что раньше бы эти плакаты и уговоры повергли бы ее в ужас. Но решение об аборте было взвешенным и сознательным, подчеркивает собеседница «Ленты.ру», никто не мог ее отговорить и никто не склонял к прерыванию беременности. Операцию проводили интерны.

Обезболивающее бесполезное, я пыталась молчать, чтоб не пугать беременных и больных в палатах, но крик сам вырывался. Было страшно больно. Но не так больно, как во второй раз

По словам Оксаны, тогда она попросту не поинтересовалась, почему нельзя провести процедуру медикаментозно. «У меня опыта не было, это был первый раз. А когда второй раз пришла, тогда мне сказали, что не делают медикаментозно, — говорит она. — Хотя подружка рассказывала, как делала в платной с таблеткой, у нее попроще проходило. И я тоже бы так хотела, но у меня не было денег на платную».

О второй незапланированной беременности Оксана узнала еще раньше, но опять пришлось ждать до седьмой недели.

«Это был кошмар, я почти сразу поняла, что беременна, пришла на трех-двух неделях. За эти пару недель лишилась зуба — организм всеми возможными способами сигнализировал о беременности. Токсикоз был ужасный. Если бы я с такой беременностью проходила, я бы, наверное, без зубов осталась совсем», — вспоминает Оксана.

Кроме того, во второй раз Оксане пришлось проходить консультацию психолога в рамках так называемого доабортного консультирования. Психолог-женщина не проявила никакой чуткости и вместо того, чтобы поддержать девушку в трудной ситуации, давила на нее и упрекала в том, что та якобы «не умеет предохраняться» и вообще «спит с мужчинами». Оксане пришлось оправдываться перед посторонним человеком и несколько раз повторять, что аборт — это ее сознательное решение. Только так она получила справку.

Когда Оксана пришла на вторую процедуру, ей было легче морально, но сама операция далась тяжелее. «Было больнее, уж не знаю почему. Может, они так часто эти аборты делают, что у них уже руки огрубели. Либо у меня организм начал еще сильнее реагировать, либо обезболивающее стало еще хуже, не знаю», — размышляет девушка. По ее словам, вакуумные аборты делают механически — по принципу «зашел — вышел». Делают укол, берут расширитель, вставляют вакуум-аспиратор, а потом еще «проскабливают на всякий случай» — и все это очень болезненно. Первый раз ей дали лед после процедуры, чтобы приложить к животу, а во второй раз даже никакого льда не было. Просто отправили приходить в себя на кушетку, а через пару часов отпустили домой.

Несмотря на то что Оксане приходилось прибегать к инвазивным методам прерывания беременности, после обоих абортов она быстро восстановилась. Как рожавшая женщина, она отметила, что, конечно, эта боль не сравнится с родами. «Роды — это ад полный, который длится несколько часов. Такой ад не пожелаешь никому», — отметила она. После вторых родов здоровье Оксаны начало резко ухудшаться, и она решила, что не хочет больше детей. Аборт для нее был единственным выходом. Но она жалеет сейчас, что у нее не было денег на частную клинику.

«Чтобы прервать медикаментозно, надо потратить с пациентом полдня, сделать несколько раз УЗИ, посмотреть, не пропустить и так далее», — рассказывает гинеколог Нино Какучая. При этом классический аборт делается куда быстрее — нужно «зайти в операционную на 20 минут».

У нас же пациенты получают препарат, уходят домой, потом возвращаются через двое суток, получают следующий препарат, и дальше наблюдаем в клинике, делаем УЗИ, купируем боли. С пациентом надо возиться. В госучреждениях, может быть, на это времени нет, сил, ресурсов

По словам гинеколога Любови Ерофеевой, в государственных клиниках, вероятно, считают, что на это не стоит тратить времени. «Медикаментозный аборт занимает две недели. Женщина только через две недели может прийти с состоявшимся выкидышем, и ей установят отсутствие беременности. Возни больше, хлопот больше», — подчеркивает она.

Кроме того, Ерофеева считает, что бюджетным учреждениям не хочется возиться и с закупками. Чтобы обеспечить клинику мифепристоном и мизопростолом, нужно оформлять документы, проводить тендеры, а вакуум-аспиратор «всегда под рукой».

На такую сложность указала и медицинский юрист, адвокат Юлия Казанцева. «Может быть, регионы не закупают таблетки для аборта, — предположила она. — Как у нас обычно бывает: собрал министр главных врачей и говорит, мол, на это лекарство у нас денег нет. Поэтому в этом году не закупают. А мифепристон и мизопростол в список жизненно важных лекарств не входят, деньги на них могут не выделяться».

Фото: Viktoriia Lomtieva / Shutterstock / Fotodom

Действительно, согласно сайту госзакупок, не все регионы закупают мифепристон и мизопростол либо закупают в ограниченных количествах и далеко не во все больницы. Например, в Тульской области закупки мифепристона удалось найти только для Плавской центральной районной больницы имени С.С. Гагарина. При этом мизопростол там не закупали с 2019 года. Зато в 2014-м государственное казенное учреждение Тульской области «Центр организации закупок» потратило почти три миллиона рублей на социальную рекламу по пропаганде семейных ценностей и профилактике абортов. Аналогичная ситуация — в Самарской области, где дважды делала аборт по ОМС Оксана. Оба препарата в 2023 году там закупали только для Чапаевской центральной городской больницы, а в такие крупные медучреждения, как Самарская городская клиническая больница №8 и Жигулевская центральная городская больница, закупали только мифепристон.

По словам гинеколога Ерофеевой, для медикаментозного аборта нужны оба препарата. Тот факт, что в некоторых регионах закупают в основном мифепристон, может говорить о том, что он используется «для акушерской ситуации», а не для прерываний. Например, его могут назначать для подготовки шейки матки при стимуляции родов. Аборт же невозможен без мизопростола.

В Курской области, где ранее отказались от проведения абортов в частных клиниках, закупки мизопростола не проводились с 2022 года. В Липецкой области, где аборты в частных клиниках также уже успели запретить, препараты мизопростол не закупался с 2021 года.

При этом юрист Данилова подчеркнула, что в программу госгарантий все виды аборта включены. При медикаментозном аборте женщин должны отправлять в стационар или дневной стационар — лицензии на них женские консультации, как правило, имеют, отметила она. И при стационарном наблюдении препараты оплачиваются по ОМС

Казанцева отметила, что как адвокат работала с клиниками, которые делают различные виды абортов, и везде медикаментозный аборт приветствовался как менее травматичный и приводящий к меньшим осложнениям, чем вакуум или кюретаж. После хирургического аборта, который практикуется государственными клиниками, последствия для здоровья женщины практически неизбежны, что подтверждает судебная практика по делам о врачебных ошибках.

Фото: Александр Рюмин / ТАСС

По словам Казанцевой, среди последствий хирургических абортов — воспаления, кровотечения, неполное выскабливание и даже удаление матки. И хотя сейчас таких дел становится все меньше, потому что система оказания акушерско-гинекологической помощи совершенствуется, в целом, по наблюдению Казанцевой, акушерство и гинекология занимают первое место по врачебным ошибкам — но больше в родах, чем в абортах. О делах по врачебным ошибкам при проведении медикаментозного аборта, который бы привел к серьезным последствиям, Казанцева не слышала.

Как объяснила гинеколог Ерофеева, любой инвазивный метод — это риск осложнений. А поскольку аборты в государственном секторе — это, как правило, инвазивные методы, то обсуждаемый запрет для частных клиник повлечет увеличенное количество осложнений — бесплодия и других неприятностей, отметила врач.

Если частным клиникам запретят делать аборты, это по сути будет означать, что женщины потеряют доступ к самому безопасному методу прерывания беременности — медикаментозному

В настоящий момент законопроект о полном переводе абортов в государственный сектор по всей России внесен в Госдуму, а частные клиники в некоторых регионах, не дожидаясь рассмотрения документа, начали выводить прерывание беременности из перечня услуг. В Федеральной антимонопольной службе (ФАС) заинтересовались инициативами местных властей после обращения о возможном нарушении антимонопольного законодательства России. В ФАС напомнили о запрете на принятие органами власти решений, ограничивающих конкуренцию. Кроме того, частная медицинская практика регламентирована законом, и граждане Российской Федерации имеют право выбирать, где им лечиться — в бюджетных клиниках или платных. На право женщин выбирать, где делать аборты, неоднократно указывали и юристы, и депутаты.

Тот факт, что женщинам отказывают в медикаментозных абортах по ОМС, по словам Ерофеевой, также может рассматриваться как нарушение прав женщин и должен служить поводом для жалоб. Однако решившая делать аборт женщина находится в сильнейшем стрессе, для нее важнее как можно скорее прервать беременность, поэтому, как правило, за безопасными абортами на ранних сроках обращаются в платные клиники — чтобы сэкономить время и нервы. Те, кто не может оплатить процедуру, не имеют такого выбора даже сейчас, когда запрет еще не принят. А если его примут, то такого выбора не будет ни у кого.

Источник: lenta.ru