Орск после затопления: на что жалуются люди и какая помощь им оказывается

Ушедшая вода обнажила разруху. В старом Орске, где вода доходила до крыш, фонари светят только на центральной улице Советской, а в домах вечерами горят два-три окна. Большинство жителей пережидает прохладный май 2024 года по чужим углам. Те, кому идти некуда, спят на раскладушках (кроватей и матрасов по-прежнему не хватает) на вторых этажах, хотя и тут сырость и плесень.

— Смотрите сами, — приглашает в дом пенсионер Алексей Бестужев, — да только смотреть можно сквозь слезы.

Отмечаю по уцелевшим обрывкам, как со вкусом были отделаны комнаты, даже занавески одним рисунком с обоями. — Это все покойная жена подбирала, теперь я один. Вот новый котел купил со скудных средств, мерзну в сыром помещении, болею.

А от дома многодетной семьи Анны Гербер на улице вода еще не ушла, задержавшись многоголосым лягушачьим прудом по самые окна.

— И как жить тут с ребенком-инвалидом? — повторяет женщина вопрос, который многократно задавала местным чиновникам. Не разрешаются проблемы и у Максима Оськина с тремя детьми, дом которого за три недели пришел в негодность.

— Все своими руками делал, — в сердцах бросает мужчина. — Теперь вот живем у знакомых, пока их сын в вузе учится, а каникулы начнутся, куда нам?..

Прослышав о приезде журналиста «РГ», навстречу к нему потянулись люди, объединные общей бедой, но у каждого оказались свои нюансы.

— Улица Пестеля, 36. Не можем получить выплату, говорят, что дома нет в реестре. А как же мы за коммуналку столько лет платим? — удивляется Марина Зыкова.

— Мужу дали на первоочередные нужды 20 тысяч, а мне 10, — недоумевает Ирина Холомова. Губернатор объявил коммунальные каникулы, а пострадавшим от паводка продолжают приносить счета, даже за период половодья, когда ни света ни воды в домах в помине не было.

В суете не всегда успеваю записать фамилии, фиксирую только проблемы.

— Чтобы получить гуманитарку, звоним на горячую линию 122, а там отвечают, что теперь она только по заявкам неимущих, — вступает в разговор хрупкая девушка.

Кто-то снова ищет причины потопа. «В прежние годы Ириклинская ГЭС всегда начинала сброс с февраля, а то и с декабря, чтобы не переполнять водохранилище. А в этом — в десяточку, тютелька в тютельку в разгул половодья. Почему? Зачем копили воду в этом году?..»

Родителей интересует и то, как их дети-школьники, которые сейчас отдыхают в лагерях других регионов («Спасибо большое, за это, конечно!»), будут сдавать экзамены. А Зара Алханова, ей через неделю рожать третьего ребенка, просит чтобы пособие в 7000 рублей, которое семьи пострадавших по решению губернатора получают на детей, дали и на ее будущего сына. «Все собранное унесло водой».

Думаю, как помочь. Делюсь с этим при встрече с депутатом Заксобрания Оренбургской области Екатериной Калегиной. Та обещала помочь.

— На момент паводка в схожей ситуации было 90 рожениц, — рассказывает она. — Женщины со слезами в такой-то радостный час рассказывали мне, что берегли многие вещи от старших детей, а для новых вот ничего нет. Наш благотворительный фонд всех их обеспечил тогда комплектами для новорожденных. Люди должны помогать друг другу… Мы же все в одной лодке.

В этой лодке и местная, и региональная власть, конечно. И сказать, что она ничего в текущей ситуации не делает, язык не поворачивается. Мусор вывозят десятками тонн ежедневно. Идет расчистка и ремонт дорог. Вот-вот начнут приводить в порядок общественные пространства, облбюджет уже выделил Орску на эти цели 250 миллионов рублей. А что касается приемов граждан, то они проходят ежедневно, но вопросов от этого меньше не становится. С ними иду к мэру города Василию Козупице.

— На сегодня пострадавших от воды более 30 тысяч человек. Работа по проверке заявлений продолжается, до конца мая все потерявшие имущество деньги получат, — обещает градоначальник. — Мы каждый спорный случай рассматриваем индивидуально. А отказы чаще всего происходят потому, что заявитель в пострадавшем доме не проживал, то есть не зарегистрирован по данному адресу. Оборудование на «Госуслугах», куда подаются заявления, тогда автоматически отклоняет запрос. Но и здесь ситуация не критична. Человеку нужно подтвердить факт своего фактического проживания в городе, например предоставить справку из поликлиники или из ближайшей школы, где учатся его дети.

Паводковых бед хлебнули все орчане, без крыши над головой остались десятки тысяч людей. «Точно их количество пока неизвестно», — признают в мэрии. Пострадавшие показывают только кусочки бумаги, на котором ручкой написано «под снос». Что это за документ без печати?

— Это и не документ вовсе, а извещение. На данный момент официальных заключений, какие дома идут под снос, а какие в капремонт, нет. Строительные комиссии работают, вы же понимаете, что вердикт могут выносить только профессионалы. Тем, кого эксперты уже посетили, вот такие «листочки» и выдают. Когда все затопленные дома, а по Орску их около 7000, обследуют, будут приниматься решения и до каждого жителя их доведут. Я полагаю, что сертификаты начнут выдавать с июня, чтобы люди до зимы смогли решить свои жилищные вопросы», — поясняет Василий Козупица.

Понимает мэр, что и выплата в 7000 рублей на капремонт квадратного метра жилья явно не покроет расходы хозяев. «Но таков федеральный закон, — объясняет он, — суммы, определенные много лет назад, должны индексироваться. Поэтому вопрос и поднимался на федеральном уровне. Но пока изменений нет. Все что смог губернатор, так это предупредить торговые компании региона, что в случает необоснованного повышения цен на стройматериалы их будут наказывать».

Норматив, по которому предусмотрена выплата за утраченные дома, невелик — 68 тысяч рублей за один квадратный метр. Так, если человек проживал один — это 33 метра, семья из двух человек получит 42 метра, от трех и более — по 18 квадратов на каждого, но не более площади, которую они занимали в утраченном доме. Так что реально улучшить свои жилищные условия по метражу удастся немногим.

Но мэр обнадежил тех, кто в паводок лишился дома, но при этом имеет доли в другом жилье, например в родительской квартире, или купленную на маткапитал однушку. Им компенсация по закону не полагается, жилье-то не единственное. «Сейчас готовятся поправки в закон Оренбургской области, и губернатор его анонсировал, что тем, у кого эта доля меньше 18 квадратных метров, также будут компенсировать средства на капремонт затопленного дома. А вот по утрате дома таких решений, и даже наметок на них, пока нет. Надеемся, что они будут приняты на федеральном уровне».

Новые одноэтажные дома, где пострадавшие смогут обрести кров, появятся к ноябрю этого года (в центральном парке Орска уже можно посмотреть образцы). Жилые здания от двух до пяти этажей — в марте 2025-го, а МКД в девять и более этажей — в конце следующего года.

Но при этом многих жителей старого города предстоящее перемещение не радует. «Мы здесь жили и будем жить, нам дорого это место. Все рядом — дом, сад, гараж, да и соседи, с которыми вместе выросли», — приводят доводы люди. Только по закону, если они возьмут сертификат на новое жилье, им придется сдать свои прежние участки. Учитывая настроение людей, в Оренбургской области уже подготовлен закон, по которому у старожилов, может, появится возможность строиться на прежнем месте. Сейчас прорабатывается нормативная база документа. Но почему-то одновременно звучат предостережения надзорных органов, что оставить землю можно только под «огороды»!? Что немало подогревает возмущение жителей города.

Местной власти, пережившей столь масштабный паводок, многое приходится делать впервые, в том числе и приводить в соответствии с временем федеральные нормативные акты, которые писались, когда и рубль был крепче, и мир стабильнее. Но так или иначе, а проблемы постепенно решают. Региональное правительство приняло закон, по которому пострадавшим от паводка на срок до трех месяцев оплачивается половина стоимости съемного жилья (цена за однушку в Орске за месяц взлетела с 10 до 20-25 тыс. рублей). Другое дело, что хозяева сдаваемых квартир далеко не всегда хотят заключать официальный договор и платить налоги. Но людям предлагают и другие варианты. На базе двух учреждений минздрава — это санаторий «Урал» и больница в поселке Никель — открывают пункты длительного проживания. «Эти здания не сильно пострадали от паводка, и сейчас там заканчивается ремонт и комплектование мебелью. После 20 мая центры примут первых постояльцев. Условия проживания там будут хорошие: на каждые две комнаты в блоке — свой санузел, ванная, трехразовое питание в столовой», — замечает Василий Козупица.

Уезжала из Орска 17 мая. День был солнечный, на дороге клали новый асфальт. Очень хотелось верить, вместе с орчанами, что прошедшее половодье было лишь экзаменом на нашу общую компетентность, чтобы работать и жить, не нарушая законов природы.

Источник: rg.ru